Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

ДАЛЬНЕЙШАЯ БИОГРАФИЯ

Он становится советником при герцоге. Служебные обязанности очень обширны: сочинение истории герцогства и герцогского дома, дипломатия, консультации герцога по вопросам финансов, права, образования и т.д. Но при этом остаётся достаточно много времени для научных занятий, прежде всего, для занятий философией и математикой. Он создаёт проект Прусской академии наук в Берлине, занимается практической деятельностью по её организации и становится первым президентом. Во время своего путешествия в Европу с Лейбницем несколько раз встречается Пётр Первый. По его заказу составляется и проект организации Российской академии наук в Петербурге. Он продолжает создавать политические проекты, поражающие своим размахом. Снова разрабатывается план войны с Турцией, создаётся проект воссоединения православной и католической церкви и даже подробный проект обращения в христианство всех китайцев. Всё это разрабатывается и оформляется с обычной для Лейбница тщательностью, но не встречает никакого понимания среди европейских правителей. Вообще, как политический мыслитель, Лейбниц был тем, что сейчас назвали бы «идеологом объединённой Европы». Все эти проекты ставили одну цель: укрепление и объединение государств Европы, распространение влияния христианской европейской цивилизации на весь мир. Понимания среди правителей он не встретил. Никто не хотел жертвовать государственными интересами ради европейской культуры. Особую неприязнь у него вызывал Людовик XIV, как беспринципный и равнодушный ко всяким идеям политик. Лейбниц ценил в политике умение загораться большой задачей и готовность работать над её решением. Не удивительно, что именно Пётр оказался ему самым близким из всех европейских государей. Постепенно расстроились отношения с очередным герцогом Ганновера. Когда Лейбниц умер уже в очень преклонном по тем временам возрасте 70 лет, его смерть осталась совершенно не отмеченной. Власти Ганновера не занимались организацией похорон, а ни одно из научных обществ, в которые он входил, даже не откликнулось на его смерть. Только во французской академии наук была произнесена речь. Лейбниц много сделал для развития науки и культуры в германских государствах, но уважать учёных, как это было во Франции, там так и не научились. Некоторое охлаждение к нему научного мира в последние годы жизни было связано ещё и тем, что большую часть времени он уделял работам, которые не стал публиковать, хотя по уровню они были не ниже «Монадологии» и «Учения о бесконечно малых».
О "китайском проекте" стоит поговорить отдельно. Подробно об этом можно прочитать здесь http://platonanet.org.ua/load/knigi_po_filosofii/logika/lejbnic_pisma_ehsse_kitajskoj_filosofii_dvoichnoj_sisteme_ischislenija/18-1-0-1881 Вкратце дело обстояло так. Успехи миссионеров на поприще обращения китайцев были более чем скромными. Лейбниц пишет многочисленные эссе и письма влиятельным духовным особам, в которых объясняет эти неудачи тем, что биполярная система мышления китайцев противоположна многополюсному европейскому мышлению. Невозможно никуда обратить и в чём-бы то ни было переубедить людей, которые мыслят принципиально иначе, чем ты. Но ничто так не формирует мышление, как практика обращения с числом. Отсюда вывод: чтобы научиться мыслить биполярно, надо массово перейти на двоичную систему счисления. После этого наступит взаимопонимание, которое и позволит убедить китайцев в величии европейской системы ценностей, которые базируются вокруг христианства. Так желание обратить в христианство многомиллионный китайский народ привело к изобретению двоичной системы и, тем самым, стало предпосылкой возникновения информатики и цифровой техники. От "Книги перемен" через Лейбница к Клоду Шеннону.
Collapse )

Переходим к Лейбницу

Предыдущая запись показывает, что к разговору о Паскале ещё придётся возвращаться. Но сейчас пора поговорить о следующем из творцов математического взрыва. Это - Готфрид Вильгельм Лейбниц. На фоне мощной человеческой цельности Декарта и Паскаля он проигрывает, кажется несерьёзным и даже жуликоватым. Вот что пишет о нём Бертран Рассел
"Лейбниц (1646-1716) был одним из выдающихся умов всех времен, но как человеческим существом им трудно восхищаться". Первое относится не только к математике. Основополагающие принципы философии Декарта, конечно, будут актуальны в любом времени, в котором будет развиваться философская мысль. Но, если говорить, так сказать, об объёме философских идей, сохранивших актуальность в 20-м веке, в этом сравниться с Лейбницем из его современников, видимо, не может никто. Что же касается его личности, что ж, "попробуем разобраться". Как всегда, благодарен содержательным поправкам и замечаниям.

Готфрид Вильгельм Лейбниц
(1646-1716)

ДО МАТЕМАТИКИ
Первое, что мы должны осознать: мы находимся в совершенно другой стране. Франция и Англия были в 17-м столетии абсолютными центрами научной и философской мысли. Тому можно указать много причин, одна из которых весьма банальна: это были самые сильные и богатые страны Европы. Организация научных исследований требует денег, которые смогла мобилизовать сильная королевская власть. Кроме того, для того, чтобы в науку втягивалось достаточно много людей, надо, чтобы эти люди располагали временем (вспомним, что и Ферма, и Виет занимались математикой в свободное от основных занятий время). А для этого, в свою очередь, страна должна быть достаточно богатой. Небольшие немецкие государства (кроме, может быть, Пруссии), большинство из которых прошло через разрушения Тридцатилетней войны, такими не были. Немцы, начав Реформацию, внесли огромный вклад в религиозное развитие Европы, но математикой и философией они в то время занимались мало. Мощное развитие этих наук в немецких землях началось именно с Лейбница. И через 100 лет именно туда переместился абсолютный центр развития философской мысли Европы, а ещё черёз полвека, то же произошло и с мыслью математической.
Лейбниц родился в 1646 году в Лейпциге, в княжестве Саксония. Семья была не аристократическая, как у Декарта и Лейбница, а профессорская. Профессорами университета в Лейпциге были его отец и дед. Если Паскаль сам стал строить геометрию, то Лейбниц совершил другой подвиг самообразования: он сам изучил латынь. При этом он не пользовался не только помощью учителей, но и никакими учебниками. Всё обучение опиралось только на историю Тита Ливия и ещё одну, более простую, историческую книгу с большим количеством картинок. Сейчас популярен метод изучения иностранного языка по книге, но так взрослые люди учат обычно не первый свой иностранный язык, а Лейбницу тогда не было и 12 лет. С 13 лет он начинает изучать логику и делает это так же, как учил латынь, запоем. Позднее Лейбниц писал «мой ум не могли заполнить предметы одного рода…»
В 15 лет он поступает в университет Лейпцига. К этому времени Лейбниц полный сирота: и отец, и мать, умерли раньше. Почти сразу же после этого возникает интерес к математике, но удовлетворить его невозможно. В Лейпциге нет ни серьёзных математиков, ни современной математической литературы. Он поступает на юридический факультет и в 20 лет становится доктором права, после чего поступает на службу в город Майнц. Майнц представлял собой небольшое католическое княжество, во главе которого стояла духовная особа – архиепископ Майнцский. Этот человек пользовался традиционным уважением и имел значительный вес во всей германской политике. Курфюрст взял молодого Лейбница на должность советника. Заниматься он должен был не математикой и не правом, а вопросами дипломатии и политики. Рассел иронизирует по этому поводу «во все времена политика была более прибыльным делом, чем наука». Но молодой Лейбниц не был обычным политиком или чиновникам. Проекты, которыми он занимался, поражали своим размахом. Вот два из них.
Было свободно место польского короля, на которое претендовали представители самых разных европейских династий. У немецких князей была своя кандидатура, представлять которую на польский сейм поехал представитель курфюрста Майнца. Лейбницу было поручено разработать систему аргументов для этого посланника. Этот документ вошёл в историю под названием «Меморандум к выборам польского короля». Самое удивительное в нём то, что он был написан в форме математического трактата с леммами и теоремами. Последняя теорема, естественно, гласила, что польским королём должен быть только немецкий князь Фридрих Вильгельм и никто иной. Случай довольно курьёзный: Лейбниц ещё толком и не изучал математики, а уже был охвачен модой писать всё на свете в форме математических трактатов, как Спиноза или Джон Донн. Математика играла в этом документе чисто формальную роль, но сам документ вошёл в историю дипломатии убедительной логикой и стилистическим блеском. Однако, это не помогло. Королём выбрали всё же польского дворянина.
Второй политический замысел Лейбница был ещё более глобальным и сыграл важнейшую роль в его личной судьбе. В то время большинство германских государств относились к Франции как к опаснейшему из своих потенциальных противников. У правителя Майнца возник план, который обезопасил бы Францию. Предполагалось натравить её на турок, чтобы, увязнув в этой войне, она снизила бы интерес к европейской политике и влияние на неё. Соответствующие аргументы предложено было разработать Лейбницу. Направлением удара он рекомендовал выбрать Египет, находившийся тогда под властью Османской империи. На этот раз Лейбница включили и в состав посольства, направленного ко двору Людовика XIV. Меморандум, представленный Лейбницем, на этот раз был изложен не в математической форме, но содержал очень подробную и чёткую аргументацию привлекательности, и почётности войны с турками для французского королевства. Документ был передан королю-солнце, а Лейбниц в Париже ждал ответа и аудиенции. Ни того, ни другого он не дождался. Прошло немало времени, прежде чем немецкой делегации дали понять, что воевать с турками король не хочет. У сочинённого Лейбницем меморандумом судьба оказалась весьма необычной. Через полтора столетия Наполеон, на самом деле совершивший поход в Египет, ознакомился с сочинением Лейбница. Книга произвела очень большое впечатление и поразила Наполеона прежде всего близостью аргументации и почти полным совпадением планов экспедиции. Так что великий политик и полководец за полтора столетия ранее имел предшественника в лице Лейбница. Но важнейшее значение «парижского сидения» (после фактического отказа короля он прожил в Париже ещё три года) для истории заключается в том, что за это время Лейбниц становится профессиональным математиком.